UNIPRESS/Colorado Russian World
http://www.russiandenver.50megs.com/mir_prahu.html

Истина дороже (...мир праху!)
Илья Трейгер

Вот, такую статью опубликовал журналист Артемий Троицкий в своем блоге на "Эхо Москвы" в связи со смертью Егора Гайдара:

Владмитрий Егорович Медвепутин (…и больше не слова о Гайдаре, мир праху!)

К проклятьям обездоленных и укорам человеколюбивых Егор Гайдар был всегда готов. С первыми он вообще не считал нужным объясняться, а на упрёки вторых скорбно складывал губы трубочкой и ласково говорил что-то вроде: «Голубчик! Это же неизбежно! Альтернатива – возврат к тоталитаризму или Гражданская война». Наверное, я мог бы с этим утверждением поспорить. Но не стану – потому что сам многого не знаю, во многом не уверен, да и сам формат спора («история с сослагательным наклонением») очень мутный.

Вместо этого я предлагаю другой тезис, менее популярный, чем разговоры о разрухе, либерализме и Гражданской войне, но не менее важный. А главное – абсолютно, на мой взгляд, бесспорный и легко доказуемый. Звучит он так: нынешний российский режим бюрократической силовой клептократии нефтегазового феодализма (который тихо или громко ненавидят все нормальные люди в стране и мире) – суть прямое и непосредственное порождение гайдаровских реформ на совковой почве.

Смотрите сами: наряду с заполнившимися прилавками, разгулом бандитизма, рейдами челноков, опустевшими заводами, разделом госимущества, невыплатами зарплат и так далее, чудесами шоковой терапии стали следующие монументальные сдвиги:

1. Люди стали бояться свободы.

2. Люди стали презирать демократию.

3. Люди возжелали сильной руки.

Разве не так? Вспомните миллионные манифестации конца 80-х и страстную защиту Белого Дома. И тут же, для контраста, причём, в том же месте – толпищу с любопытством взирающую на расстрел парламента. Между 1991 и 1993 годами располагается 1992 год. Аккурат год гайдаровского всевластия и радикальных реформ.

Я бы сформулировал этот результат терапии так: населению сломали неокрепших хребет, купировали под корешок чувство собственного достоинства и поставили на колени перед рынком и насилием. Того ли хотел Егор Гайдар? Конспирологи сказали бы: «Да, конечно». А я думаю, что скорее нет. Но так вышло.

А дальше всё происходило абсолютно логично (кстати, и Гражданской войны избежать не удалось, если иметь в виду Кавказ). И суть преемственности тогдашних реформаторов и нынешних стабилизаторов/модернизаторов даже не в том номинальном факте, что В.В. Путина возвели на президентство друзья Гайдара – Юмашев, Березовский, Чубайс – а в том, что Егор и его команда, желая того или нет, создали все объективные и субъективные предпосылки (как говорится в диалектическом материализме) для нашей теперешней веселухи.

Я подозреваю, что мысли, наподобие изложенных выше, Егора Гайдара посещали. Возможно именно поэтому он постарался в последнее десятилетие максимально дистанцироваться от публичной политической и даже экономической жизни. Но никаких покаянных выступлений экс-премьера я не слышал. Как тут не вспомнить Талейрана («это хуже чем преступление, это ошибка»): ответственность за преступление Гайдар бы на себя смело взял бы, а вот на признание катастрофической ошибки учёному министру отваги не хватило.

***

Нет, не хватит о Гайдаре. И, тем более, не хватит, что все сказанное – не соответствует реальному положению дел. Г-н Троицкий изложил свою позицию в нарушение принципа "после того, не означает в результате того"! И потому впору говорить об ошибке Артемия Троицкого, но не Гайдара. Истины ради, и памяти этого светлого человека ради считаем своим долгом на этот текст Артемия Троицкого ответить.

Итак, по Троицкому, заполнившиеся прилавки, разгул бандитизма, рейды челноков, опустевшие заводы, раздел госимущества, невыплаты зарплат и прочие чудеса шоковой терапии, все это является прямым следствием реформ Гайдара.

Что касается заполнившихся прилавков, то это вряд ли можно рассматривать в качестве ошибки. Что касается рейдов челноков, то в этом явлении, во-первых, нет ничего негативного с экономической точки зрения, а, во-вторых, этот вид предпринимательства оказался характерным не только для бывшего СССР, но и для всех стран бывшего Восточного блока. Все, кто переходил от социализма к коммунизму прошли через этот вид предпринимательства. Что касается раздела госимущества, то это суть процесса перехода от социализма к капитализму, перехода от тотальной государственной собственности к частной, перехода от системы распределения к рынку. Раздел госимущества является обязательным и объективным фактором перехода от социализма к капитализму, поскольку без осуществления этого процесса переход к экономике рыночного типа не возможен даже чисто теоретически.

Остается лишь разгул бандитизма и связанная с этим бандитизмом та форма, в которой практически и произошел раздел госимущества в постсоветской России. Получается, что фактически именно это и рассматривает автор приведенной статьи в качестве результатов гайдаровских реформ. Что ж, давайте посмотрим, так ли это, но посмотрим очень и очень всерьез...

Есть такая часть государственной инфраструктуры, которую мы знаем под названием правоохранительной системы. На бытовом уровне мы привыкли считать, что задачей правоохранительной системы является защита граждан от преступников. На самом же деле эта функция для правоохранительной системы не является основной, она вспомогательная. На бытовом уровне это выглядит странным, поскольку, если не защищать граждан от преступников, преступники расплодятся и заполнят собой все общество. На самом же деле к преступному миру относится лишь та часть населения, которая физиологичски склонна к риску. Это люди, которые идут в летчики, в пецназовцы, в спортсмены, в милицию и пр., в том числе, и в преступники. Поскольку физиолоигческая потребность в риске присуща не более, чем 20% населения любого общества, конкретно на преступные элементы приходится очень малая доля населения. Будут их истреблять или нет, эта доля не уменьшится и не увеличится. Следовательно, непосредственная борьба с преступностью не может являться основной функцией правоохранительной системы, поскольку миссия невыполнима.

Другой вопрос, насколько криминал в данном обществе оказывает влияние на функционирование государственных структур. Для сравнения, США – где уровень преступности высок, но на функционирование гос. структур она вляния не оказывает. И Россию 90-х, где уровень преступности был ниже, чем, скажем, в Нью-Йорке, но она, тем не менее, фактически управляла страной. Вот Вам главная разница. И этот момент как раз и определяет главную функцию правоохранительной системы в обществе.

Главная функция правоохранительной системы – это отделение криминальной субкультуры от ее смешивания с остальным гражданским населением. И вторая по важности функция – это, переловить и изолировать тех преступников, которых удастся поймать. То есть, если представить себе общество в виде слоеного пирога, то нижний слой – это криминал (подонки общества), за тем идет мембрана правоохранительной системы, и уже за тем все остальные слои общества.

Очевидно, что выполнение этой главной функции напрямую зависит от структуры самой правоохранительной системы. Так, как она должна быть организована, она организована, к сожалению, только в двух видах общества – в конституционно-монархическом и в демократическом. В тоталитарных и авторитарных (включая полицейские) режимах правоохранительная система отделяет не криминал от остального общества, а все общество от власти. Иными словами, не общество защищается от криминала, а власть защищается от общества. При этом криминогенная субкультура свободно смешивается с гражданским населением. Поскольку власть жестко отделена от всего общества правоохранительной мембраной, криминал не имеет возможности безграничного увеличения своего влияния на власть. К власти приближаются лишь отдельные криминальные элементы, выбранные для этой цели самой же властью.

Вот, именно такова была структура правоохранительной системы в СССР. Понятно, что при переходе от тоталитарного режима к режиму с рыночной экономикой, такая правоохранительная система становится несостоятельной. А в этом случае начинает действовать другой объективный социальный закон, суть которого в том, что ниши, свободные от контроля правоохранительной системы всегда переходят под контроль криминала. Самый хрестоматийный тому пример – сицилийская мафия. Именно тогда она и возникла и набрала силу, когда на Сицилии не оказалось эффективной государственной правоохранительной системы.

Как мы хорошо помним, сначала был не Гайдар, сначала был Явлинский с его программой 500 дней. Ничто не берется из ниоткуда, следовательно и Явлинский тоже появился не случайно на политической сцене тогдашнего СССР. Михаил Горбачев очень хорошо знал и понимал все возможные последствия немедленного нерегулируемого перехода к рынку, почему и тормозил радикальные экономические реформы в стране. Он тогда еще по телевидению с этим выступил и привел простой пример: весь мир, почти двести стран, кроме соцлагеря, имеет рыночные экономики. Но только 8 из них (G-8) успешны. Следовательно, факт рынка сам по себе успеха не гарантирует. Нужно сначала создать такую экономическую структуру, которая позволит в условиях рынка идти по успешному пути, как страны Запада, и лишь потом переходить к рынку как таковому. И был у него второй аргумент: ни одна из рыночных экономик в мире не переходила к рынку от социализма. А СССР - это страна, где три поколения никогда не знали ничего, кроме социализма. Следовательно, резкий переход к рынку чреват большой кровью, поскольку значительная часть этого населения социализмом развращена.

Тогда и появилась знаменитая программа Григория Явлинского. Явлинский разработал программу 500 дней. Это была программа построения эффективных рыночных экономических инструментов на основе того экономического ресурса, который еще сохранялся у СССР. Но Явлинский еще тогда сразу сказал, что, во-первых, этого ресурса не хватит больше, чем на 500 дней. А, во-вторых, имеется этот ресурс только в рамках существующего еще СССР. Ни у одной из республик отдельно, в том числе и у России, этого ресурса нет.

О вероятной активизации криминала в процессе перехода к рынку Горбачев так же был проинформирован, ему был представлен по этому поводу соответствующий и очень квалифицированный доклад. Поэтому одновременно с разработкой программы 500 дней по его указанию разрабатывался и план полной перестройки правоохранительной системы, дабы сделать ее адекватной к моменту перехода к рыку. И у этой программы было то же свойство, что и у программы 500 дней – она рассчитывалась на тот ресурс, который еще сохранялся у правоохранительной системы в рамках всего СССР, и который тоже очень быстро таял.

Однако состояться программе 500 дней было не суждено. В 1991-м СССР прекратил свое существование, и Россией стала не все экономической пространство бывшего СССР, а экономическое пространство одной единственной республики – РСФСР, во главе которой встал новый президент.

Следует напомнить, что первое, с чего начал Борис Ельцин – это та же самая программа 500 дней Григория Явлинского. Но номер не прошел. Явлинский официально заявил, что экономического ресурса в пределах территории России для его программы недостаточно, да и 500 дней больше нет в запасе, слишком много времени потеряно. Нужна какая-то другая программа, которую нужно разрабатывать.

И это действительно было именно так – дни системы распределения были к этому моменту сочтены. До полного экономического коллапса в стране оставались считанные месяцы. Вот в этот момент и появляется Егор Гайдар, который предложил программу быстрого перехода к рынку, однако, сам же и предупредил о том, что не шоковым сделать такой переход уже невозможно.

Знал ли Егор Гайдар о принципиальной несостоятельности правоохранительной системы страны с точки зрения тех закономерностей, которые мы привели выше? А если знал, то отдавал ли себе отчет в возможных последствиях? – Да, знал и в полной мере осознавал возможные последствия. Егор Гайдар тогда специально запросил анализ возможного развития криминогенной ситуации в процессе перехода к рынку. И он такой доклад не только получил, но и лично изучил его, вникая во все детали. Откуда это известно? – Это известно лично от одного из участников создания этого анализа, подполковника милиции Александра Горкина.

Но если Гайдар все знал и даже осознавал возможные последствия, то почему не позаботился о соответствующей реорганизации государственных силовых институтов прежде, чем устраивать эту шоковую терапию? – А, потому, что к тому моменту, когда Гайдар принимал решение, до полного экономического коллапса российской экономики оставалось от одного до трех месяцев. О какой реорганизации государственных структур может идти речь в такой ситуации? Российская экономика к этому моменту уже прошла "точку не возврата", и выбор у Гайдара был лишь между двумя вариантами:

1. Полный экономический коллапс при отсутствии доступа населения к продуктам питания, что неизбежно сопровождается разрушением государственных институтов, включая правоохранительную систему, и, следовательно, объективно обусловливает возникновение беспредельной власти криминала.

2. Немедленно перейди к частной собственности с тем, чтобы наполнить прилавки магазинов хотя бы продуктами питания, что обеспечит замораживание быстрого экономического распада, пусть даже ценой несостоятельности системы правоохранения в новых экономических условиях и, как следствие, некоторого усиления активности криминала.

Ну, и какой выбор из этих двух вариантов должен сделать человек, находящийся в здравом уме? – Вот, Гайдар и сделал выбор, единственно возможный в данной ситуации. Правда, что бы пойти на второй вариант, нужно обладать мужеством взять на себя ответственность за последствия, не все из которых можно предвидеть. А можно пойти на первый вариант, не беря лично на себя никакой ответственности. Но тогда крови могло быть не меряно. У Гайдара мужества хватило, что бы в первую очередь подумать о стране.

Так что, по всему выходит, что разгул преступности был обеспечен России при любом выборе. И ни Гайдар, ни кто-либо другой не имел возможности объективно этот процесс контролировать. Проконтролировать в тот момент можно было только экономику, да и то лишь в известных пределах. Что он и сделал.

Кстати, если причиной разгула преступности в России считать гайдаровские реформы, то как тогда объяснить не меньший разгул такой же преступности практически во всех бывших союзных республиках, к которым реформы Гайдара отношения не имели? Объяснение получается только одно – этот разгул криминала был объективно обусловлен самим фактом перехода общества к другой общественно-экономической формации, для которой старая система правоохранения несостоятельна.

Если уж кому-то и предъявлять претензии за разгул преступности и, связанный с этим, преступный характер раздела государственной собственности, то, скорее, тем, кто поспешил развалить Союз до того, как государственную и экономическую систему успели реорганизовать под переход к новому типу производственных отношений. Возможно, в известной степени такие претензии можно высказать и в адрес Бориса Ельцина. Но главным образом, конечно, эти претензии адресуются ГКЧП. Но почему в этом следует обвинять Гайдара и его реформы, это не совсем понятно.

Кстати, в адрес тех, кому невтерпеж бросить комок грязи вслед ушедшему Гайдару. Эти господа любят кивать в адрес Владимира Путина, который, якобы, восстановил порядок и приструнил криминал. Да, приструнил криминал. Причем, сделал это за счет укрепления правоохранительной системы. Это так. Только, посмотрите, какую правоохранительную систему он воссоздал, по какой схеме эта правоохранительная система работает? – По той же, по какой работала правоохранительная система в СССР, защищающая не население от криминала, а власть от населения. А откуда вы думали взялось сворачивание демократических свобод в России? – Именно отсюда и взялось. Такой порядок вы хотели восстановить? – Если да, то вы получили то, что хотели. Только ведь, эта правоохранительная система по-прежнему несостоятельна в условиях рыночной экономики. Да, она скрутила руки уличной шпане. А дальше? А дальше она приступила к ломанию ребер гражданскому населению. Что же до преступности в крупных экономических структурах, то где она была, там остается и по сей день. А если так, то, следовательно, политико-экономическая система страны будет продолжать деградировать, и, заметьте, к Гайдару вы по этому поводу претензий уже предъявить не сможете. Такой уж вы придумали себе способ вставания с колен...


Copyright©2009 UNIPRESS Обратная связь К списку публикаций