В США
Copyright©2004 UNIPRESS  К списку публикаций
 
ЧЕЛОВЕК, ОТКАЗАВШИЙСЯ СТАТЬ НАЦИСТСКИМ ГЕРОЕМ
Михаэль ДОРФМАН

В 1997 г. я был среди маленькой группы энтузиастов, создававших сеть групп взаимопомощи и поддержки для эмигрантских детей – жертв насилия и преступлений на почве этнической вражды в израильских школах. По совету друзей я обратился в «Фонд Шмелинга», не догадываясь, о ком идет речь. После выполнения необходимых бумаг мы получили чек, к которому была приложена записка «Желаю успеха. Макс Шмелинг».

Вчера газеты сообщили, что на 99-м году он ушел из жизни Макс Шмелинг - один из самых знаменитых боксеров-тяжеловесов. Бывший чемпион мира, кумир нацистской Германии скончался в своем доме в Холлендштедт. Шмелинг стал первым европейцем – чемпионом мира по боксу в 1930 г. Он приобрел всемирную известность двумя матчами с чернокожим американским чемпионом-тяжеловесом Джо Луисом. Пропаганда нацисткой Германии изображала Шмелинга «символом превосходства арийской расы».

Во время исторического матча 19-го июня 1936 г. в Нью-Йорке Шмелинг сумел победить непобедимого прежде Луиса в 12-м раунде и вернуть себе титул чемпиона мира. «Мы не спали всю ночь, - записал Геббельс в дневнике, - В 3 часа поутру, в 12-м раунде Шмелинг нокаутировал негра. Замечательно! Белый человек победил черного, и этот белый – немец!». Миллионы немецких болельщиков слушали ради, кричали «Aus! Aus! Вон! Вон!», когда Луис падал на землю. Гитлер смотрел фильм, снятый на матче и хлопал в ладони. Фюрер приказал крутить фильм, озаглавленный «Победа Шмелинга – победа Германии» во всем кинотеатрах страны. В свою очередь американские газеты отмечали, что стадион был полупустой. Пришло всего 46,000 зрителей. Нью-йоркские болельщики-евреи бойкотировали все, связанное с нацистской Германией.

Второй матч между Шмелингом и Луисом состоялся в июне 1938 г. На стадионе «Янки» уже в атмосфере сгущавшейся враждебности между США и Германией накануне Второй мировой войны. Пропаганда обеих стран старалась использовать матч в своих интересах. Президент Ф.Д. Рузвельт принял Луиса в Белом доме и вдохновлял его победить. «Джо, - сказал ему президент, - Нам нужны твои мускулы, чтобы побить Германию!».  Во многих отношениях, к черным в 30-е гг. в Америке относились не лучше, чем нацисты к “недочеловекам”, а расистские законы многих штатов сильно напоминали пресловутое Нюренбергское расовое законодательство. Первый тренер Джо Луиса Чапи Блэкборн как то заметил, что у черного боксера да еще с черным тренером нет шансов попасть на матч на престижную арену Мэдисон Сквэр Гарден.

На сей раз, американские газеты изображали матч, как битву добра со злом. Газеты изощрялись в карикатурах на одиозного “тевтона”. Шмелинга представляли  воплощением зла, почти так же, как сегодня Осаму бин Ладена.  В свою очередь нацистская пресса писала о схватке арийца, “белокурой бестии” с черным недочеловеком. Немецкие газеты писали, что у «негра нет шансов победить в схватке с таким прекрасным образцом арийской расы». Сам Шмелинг был далек от всего этого. Во время матча он познакомился с Луисом и дружба связала двух больших спортсменов на всю жизнь.

В 1938 году Шмелинг приехал на второй матч с Джо Луисом. Былая популярность Шмелинга пропала. Общественность была возмущена преследованиями евреев в Германии. Заявление Шмелинга «Я всего лишь спортсмен, а не политик» не произвело эффекта на возмущенных болельщиков. Он пробирался на ринг под градом банановых шкурок, бутылок соды, сигаретных пачек и под крики и улюлюканье толпы. «Это были самые длинные 100 метров в моей жизни», - писал Шмелинг в своих воспоминаниях. Луис тоже написал воспоминания о матче «У меня нет ничего личного против Макса, но я не буду считаться чемпионом, пока я его побью... Все остальное “черный против белого человека ” – это все чья-то болтовня... я просто должен его победить». Луис тоже был кумиром. В воспоминаниях Луис писал «Белые американцы, даже те, что линчевали черный народ на Юге, они зависели от меня, чтоб я нокаутировал немца... У меня были свои личные мотивы победить Шмелинга, но вся эта проклятая страна зависела от меня». В интервью Луис заявил, что был уверен, что нокаутирует Шмелинга, но в личной беседе он говорил «Я боялся, что иначе толпа убьет меня». Нокаут был такой сильный, что рефери Донован заявил, что считать бесполезно. Шмелинга увезли в Поликлинический госпиталь в Манхэттене, где оказалось, что у него перебиты два позвонка. Шмелинга везли через Гарлем и десятки тысяч афро-американцев высыпали на улицы. Во всех общинах черных в Америке в этот день праздновали. Германское радио сразу прервало трансляцию матча, как только там поняли, что Шмелинг проигрывает. Поверженного чемпиона даже не встретили в аэропорту. Шмелинг вспоминал, что его поражение окончательно освободили его из обьятий нацистского режима, которому он никогда не симпатизировал1940 г.

Во втором матче на виду у 70.000 болельщиков Луис трижды послал Шмелинга в нокаут. Позже Шмелинг рассказывал:  «Я почти доволен... Мне нечего было делать с нацистами, а если бы я победил, мне бы дали в Германии орден, а после войны объявили бы нацистским преступником».

Американские газеты 30-х гг. несправедливо изображали Шмелинга символом нацистского режима. Шмелинг был вхож в круг  деятелей искусств-антифашистов, вынужденных позже эмигрировать – драматурга Бертольда Брехта, кинорежиссера Эрнста Любича. Марлен Дитрих. У него в жизни много связано с кино. Шмелинг и боксом занялся, посмотрев в детстве фильм.
Шмелинг пользовался уважением у Гитлера, видевшего в нем “образец тевтонской красоты” и был близко знаком с министром пропаганды Йозефом Геббельсом, но неизменно сохранял свою независимость. В 1935 г. спортсмен отказался вступить в нацистскую партию. Шмелинг последовательно отказывался стать символом – отказал Геббельсу, требовавшему уволить его менеджера – американского еврея Джо Джекобса. Впрочем, иметь еврея-менеджера в Нью-Йорке - было для Шмелинга, считавшегося нацистским эмиссаром, блестящим деловым решением, принесшим немалые дивиденды. Шмелинг не раз бывал в Нью-Йорке – тогдашней столице бокса. Здесь он начинал в 1928 г., здесь зарабатывал деньги в мире бокса, где большинство тренеров, промотеров и болельщиков были евреями.

Шмелинг отказал Геббельсу, требовавшему развестись со своей женой – чешской кинозвездой Анной Ондра из соображений чистоты расы. Впрочем, сам Гитлер в 1932 году пришел на свадьбу Макса Шмелинга и Анны. Будущий фюрер германской нации подарил молодоженам ветки японского клена. Во время Берлинской олимпиады 1936 г. Шмелинг использовал свой авторитет, чтоб добиться от Гитлера гарантии безопасности еврейским и черным спортсменам. Впрочем, некоторые считают, что, боясь бойкота олимпиады, именно нацисты использовали авторитет Шмелинга, чтоб убедить Эведри Брандейджа из Американского олимпийского комитета, что евреям и черным нечего опасаться в Берлине.

Во время традиционного нацистского съезда в Нюренберге в сентябре 1938 г. Шмелинг был среди почетных гостей на трибуне. Спустя  месяц, 9-го ноября  Шмелинг спрятал в своем доме двух еврейских мальчиков во время погромов Хрустальной ночи. Шмелинг помогал своим еврейским друзьям спастись от концлагеря.

После поражения в Америке нацисты охладели к Шмелингу. Он мобилизовался в армию и участвовал в высадке немецких парашютистов на остров Крит. В боях с британской армией он получил ранение, попал в плен. Немецкие газеты сообщали о его гибели. Шмелинг сумел как-то освободиться из лагеря военнопленных. Позже он занимался организацией спорта в армии. Часто бывал в лагерях военнопленных американцев.

После войны британский военный суд по денацификации оправдал  Шмелинга. Бывший чемпион бедствовал, разводил норок на ферме, выращивал табак, за деньги участвовал в матчах. В 1948 г. в возрасте 43х лет был вынужден покинуть ринг после сокрушительного нокаута в 10-м раунде  в бою против Вальтера Несселя.  Боксер остался почти нищим, но в отличие от других профессионалов, оставивших спорт – не сломался. С помощью американских друзей, в частности любителя бокса и председателя Демократической партии Джеймса Фарли, Шмелинг сумел получить подряд и наладить сеть Кока-Колы в Германии. Он использовал свою популярность у немцев и сказочно разбогател во время германского “экономического чуда”. В 1975 г. Шмелинг поехал в Лас-Вегас, где жил одинокий, обнищавший и забытый всеми Джо Луис. Макс Шмелинг тайком помогал своему другу и бывшему сопернику деньгами. Он же оплатил расходы на похороны Луиса в 1981 г и послал деньги вдове «Я не только любил его, я ему должне», написал Шмелинг. Он прожил со своей женой Анной Ондра 54 года и похоронил ее в 1987 г. «Мы прожили чудесное время и я был счастлив»  - писал Шмелинг.

Макс Шмелинг основал в Гамбурге фонд его имени. Там находили помощь многие общественные проекты. Теперь его не стало. Ушел один из последних спортсменов еще той эпохи, когда бокс, да и весь спорт были страстью, а не профессией. Ушел человек – в чем-то символизирующий свое сложное и жестокое время, но вовсе не черно-белое время.
Нью-Йорк, 4-го февраля 2005